studio arch4

RSS

Свежие посты:

Выставка в ЦДХ

Арх-4 в трактовке журнала Wallpaper

Как заказчику и архитектору найти общий язык - перевод материалов RIBA

Арх-4 реконструирует РИАН

Archdaily

MMXI

Максим Атаянц - расшифровка выступления в Барвихе

Цитата из Философских писем Петра Чаадаева

the real price of construction

Что нам стоит дом построить

Русские архдиковины

Максим Атаянц - расшифровка выступления в Барвихе

12 декабря 2010

Стенограмма выступления Максима Атаянца во время недавнего барвихинского собрания архитекторов, которое состоялось 20 ноября. Авторский порядок слов сохранён.

"Я не принадлежу к радикальному эстетическому направлению в архитектуре, так что показывать вам колонны не буду и попытаюсь доказать, что дело совершенно не в этом. Значит, вопросы, которые вот Лена нам сформулировала, они передо мной тут: «частный дом как инвестиция - можно ли и нужно ли рассматривать свой дом как вложение средств». Я когда этот вопрос для себя анализировал - встал в некий тупик, который для себя разрешил и хочу с вами поделиться своим пониманием. Мне кажется, что наш разговор должен быть структурирован.

Во-первых, мы должны понимать, что мы - не девелоперы и разговариваем не с точки зрения профессионалов, строящих десятки домов для того чтобы потом на них заработать. Мы говорим про частного застройщика, который строит дом себе и подумывает, является ли он инвестицией, не потеряет ли он на этом деньги и так далее. Наверное, такой подход - правильный. Тогда сразу же возникает вопрос горизонта планирования. Такой, очень простой термин, означающий «через сколько лет мы должны понять, потеряет ли он в цене или нет?» Причём, говорить про 100 и 200 лет бессмысленно, так как, как правило, люди с инвестиционной целью дальше собственных подрастающих детей не интересуются. Но даже если взять 20 лет. Ну вот сегодня про восстановление дома 1913 года говорили. Вот представьте себе: примерно здесь же, в ближнем Подмосковье, в 1913 году сидят архитекторы - местные зажиточные дачники - и разговаривают: «как правильно построить дом, чтобы он не потерял в цене за 20 лет, к 1933 году». Разговор сильный бы получился. То есть ясно, что есть некоторые факторы, которые могут обесценить любые наши действия и нас никто об это мне спросит. Поэтому если сузить задачу и думать о тех факторах, которыми мы можем хоть как-то управлять, то тогда можно сформулировать: «как построить такой дом, который, как минимум, не будет падать в цене больше, чем те дома, которые стоят рядом с ним?» Вот это - для того, чтобы чуть-чуть структурировать вот эту всю историю.

Теперь возникает следующий вопрос. Если мы не говорим про профессиональных застройщиков, у которых профессия - строить и продавать дома - то мы тогда понимаем такую, более-менее ясную ситуацию, что у нас есть человек, который заработал достаточно денег и чувствует необходимость построить себе дом. И одновременно с этим он хочет не попасть  впросак. И, как правило, в данном случае эти инвестиционные мысли посещают застройщика. Все мы иногда в этой шкуре бываем - и себе что-то строим, так что можем с двух сторон на это смотреть. Вот я строю себе дом. Как бы мне деньги, так сказать, на него с толком потратить, чтобы это были не выброшенные деньги? Потому что если человек строит дом, думаю о том, что он его через 10 лет вдруг, может быть, продаст и намеренно так делает - это одна ситуация. А если он строит этот дом для себя любимого и собирается именно в нём жить и дальше ничего уже не планирует - это ситуация совершенно другая. Почему - я сейчас попытаюсь сформулировать.

Дело в том, что если человек сознательно идёт на то чтобы строить дом себе, как-то формулируя, что «это - для меня, это должно нравиться мне, это должно устраивать меня и потакать всем моим явно или неявно высказанным капризам» - это сильная позиция, заслуживающая большого уважения. Но тогда нужно полностью отсечь вопрос насчёт инвестиций и прочего, потому что чем причудливее каприз и мысль заказчика о себе - тем более как костюм, который слишком сильно ушит по фигуре и его уже невозможно кому-то другому потом носить. То есть здесь или человек позволяет себе тратить деньги на вложение в себя и создание вокруг себя приемлемой среды - тогда нужно полностью забыть о каких-то инвестиционных вещах. Если же человек понимает, что пройдёт 10-15 лет, он это сменит, ему нужно этим распорядиться - нужно внутри себя, что очень трудно, иметь некоторую дисциплину и понимать, что пространство должно быть чуть-чуть более универсальным, чем даже самому хочется. Вообще говоря, проблема 20-го века, самая тяжёлая в смысле архитектуры, заключается в том, что впервые горизонт планирования при строительстве здания стал явно короче средней продолжительности деятельной человеческой жизни. То есть человек не строит дом для того чтобы он умер, а дом остался. Это - поразительно, но это правда так. Очень явный такой признак вот такого подхода, когда человек, построив дом, говорит: «Здесь я хочу деревья». Ему говорят: «Ну, посади деревья, жди когда вырастет аллея лет через 50». А он: «Зачем мне через 50 лет аллея? Идите к чёрту, купите мне 30 машин крупномеров!» Ему говорят: «Дядя, но у тебя же здесь через 5 лет половина из них умрёт!» Он говорит: «Мне наплевать, я выкопаю и привезу ещё». То есть, вот это - серьёзная проблема, которую тоже нужно иметь ввиду до того, как мы начнём говорить о доме как продукте. Здесь, насколько реально прогнозировать в этой области, как сформулировано, мы уже определили. Наверное, можно сузить задачу ещё чтобы оба этих подхода совместить и как построить дом. Это ведь как в Эрмитаже. Там тоже никто никогда эту картину, я надеюсь, не продаст, хотя в 1930-е годы уже были прецеденты, но хотя бы страховая оценочная стоимость этого дома чтобы не была ниже, чем те средства, которые человек на него затратил. Давайте вот как самый узкий вопрос - и тогда мы можем постепенно переходить к дому как продукту. Вот с таким подходом.

Здесь заказчика подстерегает ещё одна опасность, потому что мы всё-таки, наверное, говорим о домах с бюджетом в несколько миллионов долларов, так что чего уж стыдиться-то? Ну правда. Потому что остальное - это тогда другое. Ну и очевидно, что люди, которые способны собственные средства аккумулировать в таком размере чтобы что-то построить, это - априори очень жёсткие, концептуально-мыслящие, умеющие зарабатывать и умеющие тратить, инвестировать и прогнозировать, люди. Казалось бы, всё хорошо. Но человек, если он строит дом себе, он не может холодно и отчуждённо относиться к этому. Поэтому он мгновенно переходит в категорию заказчиков, в категорию «хочу», то есть, он переходит в категорию клиентов и даже у профессиональных девелоперов, а я сталкивался с тем, чтобы строить для девелоперов, которые всех нас тут за пояс заткнут во всех этих размышления, как только он начинает строить дом себе - эту часть мозга просто отшибает, такой шизофренический барьер возникает. И он начинает делать все те же довольно дикие вещи, которые свойственны любому обывателю, который дорвался до строительства дома. Собственного дома. Это такое было, пожалуй, затянувшееся предисловие, к «дому как продукту». Теперь я могу подойти к тому же, о чём мои коллеги очень верно и точно говорили.

На самом деле, как правило, существует колоссальная недооценка важности проекта, важности следования проекту и точности замысла. Потому что у очень многих людей особенная катастрофа бывает когда первый дом люди строят. Вот первый большой дом, на нём часто, например, разводятся. Там сразу при сдаче дома в эксплуатацию или через год, или даже до. У меня были случаи когда в процессе, вот. Но это - серьёзно, потому что, прежде всего, человек должен понять что-то про себя. Вот я. Вот я строю себе дом. Дом - это моё лицо, это - то как я вовне себя проявляю.

И. Чувелёв: Извини, можно я тебя прерву? Это же известная история про то, когда мама Мамонтова писала сыну: «раньше только я знала, что ты - дурак, а теперь об этом вся Москва знает».

Ну вот что теперь сделаешь? Это, в общем, не зависит ни от национальности, ни от психологии, ни от истории, так сказать, нашего места. Это - общепсихологическое. Поэтому, если уж мне, как посаженному сюда в качестве специалиста по колоннам, дозволено будет пару латинских терминов сказать, то есть такие катастрофически не имеющие перевода на русский язык два простых слова: «декорум» и «орнаментум». Никакого отношения к декорации и к орнаменту смысл этих слов не имеет. Потому что по-английски, когда орден на грудь вешают, это - «highly decorated». Ну не украшен же он этим орденом. Это - невозможный перевод. «Декорум» - это нечто подобающее, то есть, то, что присуще человеку в его позиции, в том, какой он. А «орнаментум», я долго думал, какой лучший перевод на русский язык, это - оснастка. Потому что «орнаментум» - это такелаж парусного судна. То есть, всё это упирается в одно очень простое слово, которое, вообще, и к себе всегда трудно отнести, это - «уместность». Дом, вообще говоря, должен быть уместен. Это я уже перешёл к «дому как продукту», и к месту, и как выбрать место для дома, и стиль, и прочее... Потому что самое тяжёлое, что бывает - это два контрастных аспекта. Это или жуткая какофония - когда много сильных архитектурных высказываний, иногда очень громких, глупых, а иногда и красивых, но очень артикулированных, толпятся вот так вот на пятачке и дико друг друга гасят, так что дома, вместо того, чтобы приподнимать и помогать друг другу в этой игре, вместо этого начинается, как будто там пять разных типов музыки, а ещё рядом баранов режут. Вот какая-то такая история. Это - раз. А по контрасту с этим - это когда девелоперы строят, когда у них такой казенный, одинаковый такой стиль. Часто сейчас ещё и совсем в казарменно-безотделочной стилистике у тех, у кого не сложилось немножко.

Итак, это я обозначил немножко то, что когда человек замысливает себе дом, он место себя в этом  мире должен довольно хорошо понимать, что не исключает, например, строительства себе «на вырост». Это тоже нормально, когда человек планирует, что он будет расти в эту сторону и дом немножко впереди себя вот так забрасывает, чтобы к нему подтягиваться и получить какую-то, в итоге, историю хорошую. Это тоже правильно. То, что касается какофонии разностильных, абсолютно плохо связанных друг с другом вещей, когда многие, к сожалению, рассуждают так: «вот что моя левая нога хочет, вот я такой богатый, что вот что я хочу - вот давайте так и делать». Это сложно, в первом поколении не преодолевается нигде, даже, к примеру, у Мамонтова, у которого была культурная мама и они были богаты не в первом поколении - и то не помогло. Ему-то уже всё равно, повысился ли его дом в цене или нет. Итак, теперь поэтому отчасти бессмысленными являются многие иностранные вопросы к нам обращённые. Вот это слово «vernacular», его нет в русском языке, это - некий набор традиционных технологий, строительных приёмов и декоративных приёмов, присущих и уместных  в данный местности для какого-то вида строительства. Ну какой у нас может быть вернакуляр для богатых тысячеметровых домов в Московской области и ближнем Подмосковье? Их 100 лет не было, вообще ни одного. Ну за исключением довольно жалких, на нынешний взгляд, переделкинских этих дач и 3-4 домиков чуть побольше, которые тогда Александровой и Орловой спроектировали в 30-каком-то году.

И. Чувелёв: Были ещё госдачи, их уже снесли.
Е. Гонсалес: Бели, ведь ещё и усадьбы.

Усадьбы были сопоставимы по размеру, по всему остальному и вообще средний дом, который сейчас на Рублёвке строится, он точно по кубатуре и размерам соответствует какой-нибудь палладианской вилле, построенной Палладио для немножко других людей во второй половине 16 века, кстати, с инвестиционными целями. Об этом я потом скажу, если формат позволит.

То есть, как строить? Стиль непонятен, есть риск вообще большой, что рядом какой-нибудь человек что-нибудь такое построит, что оно убьёт вообще всё. То есть здесь единственное, что можно делать - это сжать зубы и попробовать свою часть сделать безупречно, а как будет - так будет.

Теперь, если с этими установками подходить к проектированию, то надо понимать, что проект никогда не стоит больше 6-8% от сметы на дом, той которая получается. Я говорю про нас вообще, сейчас. Я не про швейцарскую ситуацию, хотя там вообще по-другому. Швейцарцы строят немыслимым для нас способом, когда сначала делается смета, а потом уже от неё гонорар архитектора рассчитывается. У нас строить дом, имея сначала смету частному лицу невозможно.

И. Чувелёв: Я тебя прерву. Это связано с тем, о чём я сказал. Есть некий стандартный дом и его стандартная кубатура стоит стандартных денег. Поэтому гонорар архитектора в любой стране, кроме той, где мы сейчас сидим, законодательно закреплён. Гонорар архитектора на стадию, больше похожую на нашу стадию «П», стоит 7% и получение разрешения на строительство. Гонорар архитектора на весь период строительства включая надзор и тендерную документацию, которая - важнейшая часть, стоит 15% от стоимости строительства. Стоимость строительства принимается, для начала, для этого условного дома, а потом она корректируется в соответствии с этим. Плюс инженеры, то есть, на самом деле, стоимость проектирования доходит до 22% от сметной стоимости объекта.

У нас - это ещё если реалистически оставаться в пределах 10%, но я сейчас это только как начало для своей мысли хотел сказать. Дело в том, что поэтому какая-то условная экономия на том, чтобы вместо хорошего архитектора и сильной проектной фирмы выбрать плохую и заплатить в 2 раза меньше студенту, например, или человеку, окончившему аж 3 дизайнерских курса по декораторству, чтобы он дом построил, и сэкономить тем самым немножко, то есть получится, что у нас экономия от всего инвестиционного куска будет процентов 5, а все остальные деньги, они будут уже потрачены и получится дрянь. Вот, в чём здесь опасность. Тут я абсолютно с коллегами согласен, что на этом экономить плохо, и плохо экономить на проекте, или плохо экономить время на проекте, то есть нужно заранее размеренно что-то сделать, потом быстро выполнять. У нас так не бывает. Но мы говорим про что-то идеальное.

Вопрос другой: какой критерий выбора хорошего архитектора и как это сделать. Это такая лотерея. И у нас никаких механизмов нормальных на эту тему не существует, потому что дорогой архитектор и хороший архитектор - это, мягко говоря, разные вещи. Необязательно противоположные, но разные. Также как и со строительными компаниями.

Теперь дальше. Если эта трудная стадия пройдена, то тогда возникает задача того, что все траты на этот дом, они должны быть системно связаны между собой в определённой пропорции. Это - то, о чём сегодня уже говорилось, я просто попробую это прояснить. Обычно бывает абсолютно противоположная проблема у частного застройщика и у девелопера. Потому что у девелоперА, например, если он плохо смету просчитал, он сначала вкладывает, а потом, поняв, что бюджет у него уже кончился, он какой-то дрянью начинает это обмазывать в ужасе, и это всё проваливается. Условно говоря, между черепицей и металлочерепицей такая же разница, как между словами «государь» и «милостивый государь». А у частного застройщика совершенно обратная история, когда он сначала «ну, коробка - это то, что я не увижу, потом давай это кое-как слепим», а потом мы начнём это там 500-долларовыми слоями отделки сверху вот эту дрянь намазывать и получим тоже беду. То есть, должна быть системная связь, такая, что как вот говорила моя бабушка «как определённый кавказский князь: вверху блестит, внизу - свистит». Вот такое стремление к показухе, которое бывает когда страшно экономили, а потом решили ониксом гипсокартон оклеивать. И ещё лучше, когда по гипсокартону, например, идёт за 400-500-1000 долларов за метр мозаика ручного набора. А гипсокартон, это, вообще-то для того чтобы офисы арендованные разгораживать. То есть, он больше 10-15 лет не служит. Вот нет этой системы. Делай из гипсокартона. Если ты делаешь дом, который  должен служить 15 лет, потом ты что-то другое делаешь - да. Но тогда не надо потом туда намазывать вот эти вот вещи и диван-диван (?) покупать.

То есть получается, что опять мы упираемся в то, что человек должен чётко осмысливать себя и то, что он делает. У него расходы на проектирование и расходы на инженерные системы дома, которые не должны быть на «соплях» и стыдливо спрятаны в ящик. Просто в Швейцарии подходишь к распределительному какому-нибудь вводу в дом и понимаешь, что сделано на совесть, по-человечески. Вот это важно. Это немножко у нас есть, но тут проблема ещё в том, что хорошие ботинки, купленные в Лондоне, стоят там в 2 раза дешевле, а служат они там в 2 раза дольше. Потому что грязи меньше и не сыплют соль. А мы все живём в той ситуации, когда грязь и соль относятся не только к ботинкам, а к продолжительности нашей жизни и ко всему материальному миру, который сопротивляется. Ну, вот или нужно уезжать или тогда осознанно здесь сидеть и стараться делать всё. Хорошая вещь стоит всего в 2 раза дороже, чем плохая, а разница больше гораздо. И поэтому получается, что если теперь уже вкратце переходить к теме  материалов, которые уже бытовому человеку видны и понятны, ну там, штукатурка, камень естественный, бетон, ещё что-то, то, что на кровлях бывает, то здесь для разных бюджетов есть совершенно разные решения и нужно понимать что относится к «эконом-классу», а что к богатому. Никогда не мешать друг с другом. Никогда не надо мраморные стены с пластиковыми стеклопакетами, например, ставить. Это выглядит глупо. Это бывает тоже, здесь тоже нужна система. И ещё нужно стараться найти в каждом материале своё достоинство. Потому что у нас какой бывает абсурд? Когда человек покупает естественный камень для отделки, например, у которого вся красота в том, что это - природный материал. И говорит: «Нет, я заплачу в полтора раза больше, но сделайте так, чтобы они все были идеально одинаковые». Такая сортировка, чтобы это производило впечатление бетонных плит в итоге. Или когда человек покупает какой-нибудь кафель, не приведи Господи, и говорит: «Я заплачу в 2 раза больше, но чтобы каждая кафелина была уникальная и подражала бы камню так, что отличить нельзя». Вот этого хочется избегать. Ну дальше там я из уважения к присутствующим пока помолчу и..."

Расшифровал Дмитрий Чувелёв

 



© 1998–2018 Арх4. Все права защищены. Любое использование материалов
сайта запрещается без разрешения правообладателя.